Combichrist

“Tinitus.com” апрель 2007

Я встретился с Энди в его автобусе. Рассказывать особо нечего, я объяснил цель своего визита, и он просто сказал “Ок”. Ян Винтерфельдт, менеджер, не был против, хоть я и прибрал к рукам Энди еще до его прихода.

Это совсем не Америка. Но, тем не менее, это настоящее закулисье. Еще несколько часов до открытия клуба, и 12 часов до начала концерта. Это томительное ожидание и скука для одних, напряженная работа для других. Какого хрена саундчек еще не начался и мы все еще не бухаем?! В автобусе 20 с лишним человек. Пахнет несвежими носками. Вот это потрясно, высший класс! Вот именно то, от чего текут девчонки, а парни зеленеют от зависти, потому что они не идут ни в какое сравнение с музыкантами.

Мир раздвигает ноги перед очередной звездой… Отсюда мы и начнем транслировать сознание Энди:

Из чего состоит Combichrist и где проходят его границы?
– Combichrist состоит из меня, что делает его уникальным. Это то, что отделяет меня от других музыкантов.

Такое ощущение, что Энди отрепетировал наше интервью. Каждый уникален в каком-то смысле. Он что, пытается мне мозги запудрить? Интервью будет не таким уж простым для меня? Похуй, это дружеское интервью, я организовал его только ради содействия этому концерту. Оно все равно ведь будет интересным! Но Энди не идиот, по его глазам видно, он понимает, что его ответ меня не только разочаровывает, но и раздражает. И поэтому он начинает кормить меня тем, что я хочу: сказками о ледяном убийце! (Погугли и проведи аналогию, невежественная сволочь!)

Я спросил его, к кому он обращается. Он сказал, что к самому себе, и я, разумеется, поинтересовался:

Если ты ни к кому не обращаешься, и нет никаких границ, зачем ты это делаешь?
– Я всегда обращаюсь к самому себе. И периодически люди, слушающие мою музыку, приходят ко мне и говорят “Эй, я понимаю, что ты хотел этим сказать”, и я думаю “ок, теперь я делаю это и для тебя тоже, потому что ты все понял”. И так было всегда; мне всегда было очень важно поддерживать связь с людьми, благодаря которым я имею возможность этим заниматься. Потому что они действительно вносят свой вклад, и для них важно то, что мы делаем. И это дает мне силы продолжать творить и дальше. 24 часа в сутки. На самом деле 18 часов, если быть точным. Потом мне нужно посидеть два часа, чтобы отключить мозг, потом поспать четыре часа, потом я просыпаюсь и продолжаю работу. Остановиться невозможно, это как болезнь, нужно все время продолжать.

Так почему же ты делаешь это?
– Не могу представить, чтобы я занимался чем-то другим. Я живу с женой, у меня есть собака. Крепкая маленькая семья, глядя со стороны. Но я не так уж много времени провожу с ними, я постоянно в туре. Когда я дома, я работаю в студии. Часа два я провожу на диване со своей женой, а потом сплю четыре часа. И в этом вся моя жизнь. И я не хочу никак ее менять. Я бы не смог жить по-другому. Я думаю, именно поэтому я занимаюсь этим, потому что иначе никак.

Недавно вышел твой новый альбом “What the Fuck Is Wrong with You People?” К кому ты обращаешься в нем?
– К человечеству в целом, не к кому-то конкретно на этой “сцене”. Она сейчас так широко распространена. И при этом разделяется на разные… эммм, ладно забей. Суть в том, что я все чаще чувствую, что больше доверяю своей собаке, чем людям, человечеству; это не значит, что я не испытываю к ним сострадания или любви. Но это касается только определенных людей. Да, есть такие, которые мне нравятся, и в общем и целом я открытый человек – если я с кем-то знакомлюсь, я расспрошу их, кто они такие, и обычно я думаю о них, как о хороших людях, пока они не докажут мне обратное. Я не негативный человек. Но я основываюсь на своем личном опыте и на том, что я вижу в СМИ – все эти вещи, что происходит в мире. И я все же аполитичен.

Но в альбоме чувствуется политический подтекст…
– Да, но… Вместо того, чтобы говорить “Вот, что ты должен делать”, я скорей скажу…

“Это то, чего не стоит делать” или что?
– НЕТ. Вместо того, чтобы указывать людям, что делать или указывать им на их ошибки, я спрашиваю “Да что с вами не так? Что вы делаете?” Не в смысле “не делайте этого”, а скорей “Почему вы это делаете?”. Это вопрос ко всему человечеству. Потому что я не пытаюсь… Я не политик и не хочу, чтобы политики писали музыку. Но поскольку это мой личный проект, я пишу о том, к чему неравнодушен. И, возможно, этот альбом более личный и политичный, чем предыдущие. Это все еще выдуманные истории с серийными убийцами и киношными штучками. Но в то же время он, возможно, и самый личный из всех.

Киношные штучки?
– Да, я считаю Combichrist персонажем, как в комиксах или в кино. И в большинстве своем мои тексты, естественно, не серьезны, я ведь не собираюсь застрелить кого-нибудь или изнасиловать, но все же в Combichrist есть частичка меня, та часть, которую мне хотелось бы увидеть в фильме, и, конечно, в персонаже есть ирония и юмор.

Кажется ироничным или даже саркастичным, когда столь социально адаптированный человек выдает столько злобы…
– Это тоже своего рода концепт… Оригинальная идея Combichrist заключается в том, что… я вот смотрю на персонаж Иисуса Христа, который был 2000 лет назад, он же был хиппи. И поэтому я подумал “а почему бы Мессии не стать панк-рокером?” Наполовину хорошим, наполовину ебнутым на всю голову! Почему бы и нет?

То есть совершенно поехавшим и с биполярным расстройством?
– Ну да, почему бы и нет? Почему бы ему не быть шизофреником? С хорошей и плохой сторонами. Нигде не говорится о том, что он не может быть таким. Я не религиозен, я просто объясняю, как я создал этого персонажа. И я живу в библейском поясе… (прим. пер. – так называют районы на юге и среднем западе США)

Ты родился в Норвегии, переехал в библейский пояс, страну Буша. Зачем? Потому что, ты уж извини, но такое ощущение, что ты – что-то вроде синт-версии Мэрилина Мэнсона.
– Мне так не кажется. Потому что, я думаю, Мэрилин Мэнсон делает все ради провокации, я же делаю все ради того, чтобы выразить себя.

То есть все это не ради пиара?
– Не думаю, что это какой-то пиар-ход. Если ты перенесешь все, что я делаю с Combichrist в плоскость кино, то получится фильм, который я хотел бы посмотреть. То есть я взял за основу идею фильма, который мне хотелось бы снять, и, собственно, в этом весь концепт. Да, многие скажут, что это пиар, что образы преобладают над смыслом. А я отвечу “да, типа того, как скажете…”

Но ты много чем занимался раньше. Олдскул хип-хоп, панк-рок…
– … и метал!

Да, и многое другое. Это была временная фаза, которая уже прошла, или в этом твоя суть? Ты останешься на электронной “сцене”?
– Моей любимой группой в 89-м году были Nitzer Ebb, но я не писал ebm, я занялся олдскул хип-хопом. Но здесь лучше пояснить, потому что когда говоришь об этом, все думают, что я был как Бейонсе и тому подобное, но это не было даже как N.W.A. Это больше в сторону Детройт-электро, брейк-данса и типа того, на самом деле это очень схоже с тем, что я делаю в своих сайд-проектах. Много общих элементов. Но то, что я слушал в конце 80-х – Nitzer Ebb и так далее – очень похоже на то, что я делаю сейчас. Я всегда делал что-то между стилями. У меня был эмбиент драм-н-бэйс проект. Эмбиент есть на последнем альбоме (Everybody Hates You), он на втором диске. Я стараюсь не забывать свое прошлое. Но в то же время я исследую новые территории. Но таков я есть, я музыкант и маленький эгоистичный засранец, мне постоянно нужно находить и завоевывать что-то новое. Это не всегда для моей публики, чаще это для меня самого, но я всегда стараюсь держать свое прошлое рядом. Мне кажется, сейчас в моем творчестве много панк-рока, электро хип-хопа и всякого такого. И все это является результатом того, что я делал раньше. Я не думаю, что это очередная фаза, это скорей сумма всего, что я делал раньше.

Прямо эволюция по Дарвину…
– Да, это вроде как смесь всего, что я когда-либо делал. Но мне не кажется, что мне нужны гитары. Я могу писать риффы, которые может и не звучат, как гитары, но я не вижу в них никакой необходимости, мне нужны барабаны, настоящие барабаны и перкуссия. Мне нужны именно эти ощущения. Но не гитары. Потому что я думаю, что смогу сделать все как надо и без них. И в этом, пожалуй, единственное отличие от панк-рок музыки. У меня как бы электронная ее версия. Но это все еще электро, каким оно было в самом начале этого жанра.

То есть если тебе нужно было бы описать свое звучание… ну ты, конечно, уже придумал термин TBM, но если его нужно было бы расшифровать…
– Я никогда не говорил, что жанр Combichrist – это TBM. Это просто примерное описание того, что я делаю. Это типа… техно… ну и… body music… понимаете? Я не собирался изобретать никаких жанров, я никогда не считал это жанром, мне просто казалось, что моя музыка – это смесь техно и body music… и еще много чего. Но, похоже, это вдруг стало жанром, что на самом деле довольно круто, но я тут не при чем; группы с похожим звучанием существовали и до меня, просто теперь некоторые из них стали причислять себя к TBM. Например, Thomas P. Heckmann называет себя TBM, хотя он начал писать музыку гораздо раньше меня. Возможно, у него те же мысли на счет описания музыки, что и у меня. Я не изобрел новый стиль, я просто случайно поставил на него этот штамп. Наверное, так бывает. Возможно, так же случилось и с Ронаном, когда он сказал “мы играем futurepop”. И вот мы имеем новый жанр, хотя он просто хотел описать свою музыку в общем.

Ты прямо настоящий разведчик и исследователь. И то, что ты делаешь, хорошо принимают. Твой трек (прим. пер. – Get Your Body Beat) засветился в американских дэнс-чартах и всякое такое.
– Да, я был несколько удивлен этим…

Да, расскажи нам об этом.
– Это было странно. Им оказался, пожалуй, один из самых олдскульных треков. Он, конечно, был адаптирован под общее звучание группы, но все же это был стандартный олдскул-ebm… Я хотел выпустить его синглом. А мой лейбл не хотел. Потому что они сочли его недостаточно оригинальным. А я сказал, что суть не в оригинальности, а в том, что я делаю то, что хочу. И внезапно этот трек оказывается в дэнс-чартах вместе с Полом Окенфолдом, Мадонной и Бейонсе. Это было очень-очень странно. Потому что я не рассчитывал продать даже сотню копий сингла, а тут внезапно такое! Это было реально круто.

Да уж, наверное.
– Я всегда старался не быть тем, кто говорит “Мне плевать на все эти чарты, плевать на продажи, плевать на то, плевать на это…” Но все-таки я был просто в шоке. Я могу понять, почему люди иногда теряют связь с реальностью, потому что когда это случилось, я некоторое время ходил как под кайфом, вообще ничто меня не волновало. Но потом я, к счастью, спустился с небес на землю. Ведь с одной стороны это ничего не значит. А с другой еще как значит! Продажи сейчас у всех падают, так что важно смотреть на вещи реально.

Но это кайфовое ощущение осталось? Ведь после этого случая у тебя сменился ритм жизни, ты стал гораздо чаще ездить в туры.
– Мне кажется, музыканты… Сейчас что-то происходит… В конце 80-х, начале 90-х ты мог сесть в студии, записать альбом и выпустить его. Потом заработать на нем неплохие деньги и стать успешным музыкантом. Но сейчас, к сожалению, хотя нет, не хочу здесь говорить “к сожалению”, сейчас все изменилось. Сейчас уже не получится сидеть на жопе ровно, в независимости от того, насколько ты хорош, и насколько крутую музыку ты сочиняешь, если только ты не занимаешься этим уже достаточно давно. Как Wumpscut, он никогда не ездил в туры, у него не было ни одного концерта. И его альбомы все еще продаются, ведь он давно в этом деле. Но если ты новичок, так не получится. Придется выйти из студии и показать себя. Тебе придется работать не покладая рук. Тебе придется доказать всем, что ты не просто скачал определенную программу с The Pirate Bay. Тебе придется показать всем, что ты настоящий музыкант. Я много работаю ради этого. Я серьезно, это не шутки. Мне действительно приходится доказывать всем, что я не пустышка. И вот о чем я говорю. Все возвращается к тому, как это было в 50-х и 60-х. Если тебе удастся их убедить, ты будешь продаваться. Поэтому я езжу в туры. Это не последствия того случая, я просто вижу, что происходит вокруг. Ведь если я хочу иметь возможность продолжать заниматься музыкой и дальше, и я не говорю здесь о росте популярности, я говорю о выживании, то мне придется выйти из студии и давать концерты в каждом городе и каждый день до скончания времен. И это не ради денег, а ради выживания, ради самой музыки! И до тех пор пока я в своем творчестве честен сам с собой, фанаты, я надеюсь, будут понимать и ценить его.

Вернемся на минуточку к той истории с американскими чартами. Я хотел бы прояснить кое-что. Жанры, которые ты смешиваешь, твое творчество и вообще вся эта “сцена”, этому уже лет 20, я чувствую в твоем звучании нотки конца 80-х, начала 90-х… оно очень… Когда ты слушаешь то, что делал Жан-Люк Де Мейер в 90-х и, например, техно-биты The KLF, все это не звучит как популярные сегодня инди-поп и рок. Как так вышло, что столь любознательный, продвинутый и изобретательный музыкант вроде тебя оказался в этом устаревшем жанре?
– Все очень просто. Я уже упоминал о том, через что я прошел будучи молодым музыкантом – боже, чувствую себя таким старым, когда так говорю – но все же, будучи молодым музыкантом я перепробовал множество жанров и занимался разной музыкой, и вот к чему я пришел. Вместо того, чтобы… Нет, погоди, давай я это так объясню: я считаю, что все уже было до нас.
Все уже было раньше. Теперь весь смысл лишь в том, как ты это преподнесешь. Я думаю, что инди-рок, весь этот ньюскул и все, что было появилось недавно, все это уходит корнями во что-то старое. Пусть все и говорят “О, это что-то новенькое!”, на самом деле это не так, это звучит, как альбом The Beatles 68-го года. Ничто не ново. Все уже было раньше, вопрос лишь в том, как ты с этим поступишь. Это очень важно! Что касается меня, моя любимая музыка относится к определенному периоду, и в нем я черпаю свое вдохновение. И я пытаюсь что-то из этого сотворить. Я не делаю ничего нового, я лишь заворачиваю все в другую обертку.

Ок…?
– Это вручную раскрашенная обертка. Я не стал покупать готовую на заправке, я сам ее разрисовал. Я просто взял все эти вещи, завернул их в свою собственную бумагу и раскрасил ее. И дело в том, что у меня нет другого выбора. За что бы я ни взялся, я все равно все сделаю так же, как и всегда.

Итак, что ты хочешь сказать этим узколобым и придирчивым любителям ebm? Почему они должны прийти на ваше шоу в Стокгольме?
– Ну, они не должны. В этом вся прелесть. Не хотелось бы выглядеть самонадеянным, но я уверен, что все, кто слушает ebm любого временного периода, будут потрясены. Даже если они уже были на наших концертах, ведь сейчас наши шоу стали гораздо более взрывоопасными!

ОРИГИНАЛ на Tinitus.com

Leave a Reply